КАЗАК-ТВ

ИНФОРМАЦИОННОЕ АГЕНТСТВО

Борис Куликов.jpg

Борис Николаевич Куликов (28 августа 1937 — 5 марта 1993) — русский советский поэт и прозаик.

Родился 28 августа 1937 года в станице Семикаракорской в семье потомственного донского казака.

Вскоре после начала Великой Отечественной войны отец будущего поэта, Николай Филимонович Куликов, уходит на фронт. Когда немецко-фашистские войска подошли к Семикаракорской, мать Бориса Александра Александровна была смертельно ранена осколком бомбы. Осиротевшие дети остались с бабушкой. Вместе с ней они пережили оккупацию. Однажды к ним в хату нагрянули полицаи и забрали бабушку в отделение, где жестоко избили плетьми.

Похоронка на сына, пришедшая вскоре освобождения станицы, окончательно подорвала её силы, и вскоре она умерла. После этого сестру Бориса Эллу забирает сестра матери Анна и увозит на Дальний Восток, а Борис остаётся с тётей Екатериной Филимоновной, у которой было четверо своих детей. Память о ней Борис Куликов пронёс через всю жизнь, посвятив ей повесть «Память сердца», состоящую из новелл «Тётя Катя», «Борис Годунов и Василиса Прекрасная» и «Наши пришли!».

После окончания Великой Отечественной войны из фашистского плена возвращается отец и женится на тёте Ане, вернувшейся вместе с Эллой с Дальнего Востока. Так воссоединилась их семья.

Ещё во время учёбы в школе публиковался в местной газете, писал в «Пионерскую правду».

После окончания школы Борис Куликов поступает на исторический факультет Ростовского государственного университета. Во время учёбы участвовал в постановках созданного им вместе с друзьями студенческого театра «СТИФ». В это же время в газетах и журналах Ростовской области появляются его первые стихи.

Перепробовал множество профессий, работая комбайнером, слесарем, каменщиком, асфальтобетонщиком, мастером камнедробильного цеха.

Продолжает писать стихи. В 1964 году выходит его первый сборник. Примечательно, что вышел он не вРостиздате, а сразу в Москве, в издательстве «Молодая гвардия».

За книгу «Вербохлёст», вышедшую в 1968 году в издательстве «Советский писатель», Куликова принимают вСоюз писателей СССР.

Затем он обращается к прозе, написав ряд рассказов и повестей, но не оставляет и поэзию.

После распада Советского Союза, Союза писателей СССР и разделения Союза писателей РСФСР на Союз писателей России («почвеннического» направления) и Союз российских писателей («демократического» направления), Куликов вошёл в первый из них.

Жил в Семикаракорске.

Борис Куликов тяжело переживал перестройку и распад страны. В феврале 1993 года во время просмотра выступления Ельцина, у него случился инсульт и 5 марта он умер.

Публикуем подборку стихов Б.Н. Куликова, присланных в редакцию Казак-ТВ дочерью автора Марией Куликовой:

 

КТО Я ТАКОЙ

Казачий дух

Не грим актёрский, 

Что под услужливой рукой…

Кто я такой?

Казак донской

Станицы Семикаракорской!

Все мои предки – казаки.

Они врагов исправно били, 

Пахали, сеяли, косили,

А между главным делом были

И спеть и выпить мастаки!

От них, родимых, у меня

Несановитость,

Неличинность.

(но чуть лукавая картинность

И эта вот декларативность, 

за кою критики бранят.)

и не скрываю:

счастлив я.

Как звонко - русская подкова,

От них фамилия моя.

У них – от поля Куликова.

И стать,

И кость,

И в драке злость,

И в песне то самозабвенье – 

Пусть не навек,

Пусть на мгновенье – 

Всё, всё во мне перелилось.

Поэт там я 

Иль не поэт…

Но казаком меня взрастили

И выше счастья доли нет –

Я нужен матери России,

Как мои предки - казаки,

Что будто не поэты были,

Ну, а врагов исправно били, 

Пахали, сеяли, косили, 

а между главным делом были

и спеть и выпить мастаки!

1966г.

_____________________

ЧТО - ТО МНЕ НЕ ПОЕТСЯ 

Что – то мне не поётся,
Что – то голоса нет.
Что – то мне не смеётся –
Всё печалится мне.
И откуда, откуда
Эта тяжкая грусть?
Ведь со мною то чудо,
Что по имени Русь.
Те же звёзды – росины,
Тот же свет необъят.
Вся родная Россия…
Да чужие края.
И грущу я, как вдовый,
Как заброшенный дом…
Мой медово – бедовый,
Сердцу радостный Дон,
Как ты крепко далёко,
Словно где - то в былом…
Без тебя я как сокол
С перебитым крылом,
Без тебя не смеётся,
Счастья – радости нет.
Без тебя не поётся –
Безголосится мне.

1964г.

_____________________

БЕССОНИЦА 

А.В.Калинину
 
За каждый день прошедший беспокоюсь.
Сомнения как острые ножи:
Быть может, что – то важное такое
Я не успел,
               не смог,
                         не совершил.
Не шёл ли по кривой
Или по кругу, не слишком ли себя я берегу,
Всё сделал ли я в этот день для друга,
Не уступил ли в чём – нибудь врагу?
Не забывал ли думать ежечасно
За книжкой,
                 в споре,
                             в поле,
                                        у станка,
Что жизнь трудна
И всё – таки прекрасна.
Что жизнь до боли коротка.
И надо жить
                на самой высшей скорости,
Всем громким сердцем радостно трубя.
Судить себя
                со всею высшей строгостью
И за ошибки
                не прощать себя.
Уж звёзды гаснут,
                         к горизонту клонятся.
Встаёт рассвет,
                     росою трав звеня.
Но не уходит от меня бессонница,
Тревога не уходит от меня.
Я вижу –
            травы встали над рекою.
Я слышу –
              оживают этажи.
За каждый день грядущий
                                   беспокоюсь:
Как беспокойней
                        этот день прожить.

_____________________

ДОНЩИНА 

Родная степь…

Бескрайние покосы.

Кузнечики куют,

Как ковали,

Да солнце

По колено бродит в росах,

Да шепчутся о чём – то ковыли.

Вздыхаю полной грудью 

Терпкий запах,

И радостно кружится голова!

Бреду за солнцем

По траве на запад,

Шепчу земле хорошие слова.

Поля мои,

Сады мои зелёные, мой тихий Дон, 

Озёра, как моря…

Моя Донщина, солнцем прокалённая,

Ты, сердце, до кровинушки моя.

Свирепы ветры

И дождей так мало.

В июле сводит дух

От духоты…

Но сколько слёз 

и крови ты впитала,

наверное,

лишь знаешь только ты.

Моря казачьей крови неуёмной

И вдовьих слёз, что солоно-горьки…

Здесь потому такие чернозёмы.

И бельмами глядят солончаки!

Всё было, вёс.

Но поросло бурьяном,

И не прошло,

Как невозвратный сон…

Но запах твой,

Горячий и медвяный, 

Но окоём волнуется, 

как Дон.

И жизнь течёт,

И мчится время быстро,

Цветут сады.

На речке малыши

В ладони ловят солнечные брызги.

И неба синь.

И песни от души…

Дымит завод.

Стоят хлеба густые,

Идут казачки в табор на обед…

Моя Донщина,

Дочь моей России,

Я по-сыновьи кланяюсь тебе.

_____________________

ВОЛЬНИЦА

О вольница –
Степной размах
И ржанье дикой кобылицы,
Полёт орла,
Что гордо длится,
Души доверчивый распах!
О вольница – разгул реки,
Разбег разгонистого ветра,
Желанье радости и света,
Громам угрюмым вопреки!
О вольница-
Казачий круг,
Единодушный выкрик:
«Любо!»
Побег от царской воли лютой
На острогрудый Стенькин круг!
Ты окрыляла нас людей,
вела за лучшее бороться,
рождала ты землепроходцев,
Поэтов,
ратников,
вождей.
В моей душе
Твой вечный зов,
В моей душе
Твой клич победный,
Сигнал трубы горниста
Медной
И радость
красных
парусов!

_____________________

ОБЕЛИСКИ

Нам не забыть боёв вчерашних,
Как никогда не позабыть
в бою упавших
и не вставших
людей, отдавших жизнь за жизнь.
И все же нам
О прошлом близком,
О тяжких днях годины той
Напоминают обелиски
Своей суровой немотой.
И вечным колоколом будит
Покой
        усопших здесь солдат.
Мир вечный вас!
Живите, люди!
Но будьте бдительны всегда!
Чтобы о новых днях печали
Со всей суровой
Прямотой
вам
      обелиски
                   не кричали
Своей
        печальной немотой!

_____________________

ЦВЕТ ЛАЗОРЕВЫЙ 

Я без степи

и мыслить себя не могу,

Без полёта орла

в грозовом поднебесье,

Без усталых коней

в тихом, волглом лугу.

Без протяжной казацкой прадедовской песни.

Ах, да был я в горах!

Их торжественный вид 

Унижал 

и давил –

Я его не приемлю.

Ах, да был я в лесах!

Солнце там не глядит

через кроны дерев

На родимую землю.

Никому не сужу.

Вы живите, друзья,

Там, где родина.

там, где легко вам живётся.

Я – степняк.

Я - казак.

Мне без степи нельзя, -

Лишь в размахе степном

мне просторно поётся.

Всё здесь родно до слёз.

Всё привычно на деле:

От грохочущих гроз –

до поющих метелей.

От околка – леска –

до широкого поля.

От речного песка…

Воля!

Волюшка – воля!

И,

Когда по весне

у обочин дорог

Сквозь туман

зоревой

Кровенеют лазори,-

Чую, сердце сжимается 

в тёплый комок,

Вспоминаются прошлые

в поле и горе.

Это души взошли!

тех, убитых в веках,

Кто пошёл за Донским

к Куликовому полю,

Кто со Стенькой вздымал 

окровавленный стяг,

Кто ходил с Пугачём

за землицу и волю.

Это всходы 

Посевов огня и свинца

В вековечных исканиях

жизненной сути

Брат на брата вставал.

Сын вставал - на отца!

Кто был прав?

Кто не прав?

Кто их нынче осудит…

Это светлые души

российских сынов,

Кто ломали фашисту хребет

в Сталинграде,

Кто со степи,

кто с тундры,

кто с гор и лесов

Шли сюда умирать

Жизни нынешней ради.

С детства это во мне.

И скажу – не совру:

Для любимой моей

(иль хорошая дата),

Но в родимой степи

я тюльпан не сорву –

Никогда не унижу я

душу солдата…

Степь чернеет легко 

и легонько парит.

И вольготно лежит

под улыбчивым солнцем.

Высоко-высоко

самолётик летит.

Жаворонок под ним

Нежным бьёт колокольцем…

1985

_____________________

РОССИЯ 

Ни у кого пощады не просила.
Другим прощала ,
Мести не тая,
Любовь моя
И боль моя 
Россия,
Тревога каждодневная моя.
Когда качал планету конский топот
И шёл Восток
В немыслимый разбой,
Шарахалась надменная Европа
И пряталась за раненой 
Тобой.
Когда свинцово наливались тучи
И громыхала с Запада гроза,
Глядел Восток с надеждой на могучую
Во все свои раскосые глаза.
Ты всех спасала, принимая муку,
Великая,
И в звёздах,
И в крестах…
Ты первая протягивала руку,
Поверженному помогая встать.
В берёзах вся.
В снегах сибирских хрустских,
Вся в жилах синих животворных рек…
Загадочная.
Только не для русских,
Одна несокрушимая навек.
Тяжелыми ногами попирая
Угрозы вражьи,
Вражескую ложь,
Двужильно,
По-бурлацки напрягаясь,
Ты всю планету за собой ведёшь.

_____________________

МОИМ СОПЛЕМЕННИКАМ

Не горе с Дона их вело,
Не царская гнала их служба –
Истории так было нужно,
Чтоб на Алтай, суровый вьюжный,
орлов казацких
занесло.
Земля ничейная… Ну что ж,
Ни ханам, значит, ни короне…
А по работе невтерпёж,
Чесались крепкие ладони.
За чипяги одной рукой,
Другой за древко верной пики…
Вот так осваивали дикий
Тот край великий, вековой.
С алтайцем трубки мира жгли,
И мирно рядом с ним селились,
И помогали, чем могли,
И скудным хлебушком
Делились.

Когда ж свирепая орда
Лихих разбойников раскосых
Шла жечь и грабить, вот тогда
Меняли соху, серп и косы
На шашку верную
В бою.
Казак рубился крепко,
Зная, -
За волю вольную свою.
За землю русского Алтая!

...Пылились в поле ковыли,
Трещал на речках лёд от студи…
Когда уж там потом пришли
Те, государственные люди!
Когда уж там нашли руду,
Войска послали на кордоны
И всю алтайскую гряду.
Обжили крепкие чалдоны...

О предки гордые мои,
Сыны донских степей родимых!
В характерах необоримых
Я узнаю сегодня их
В хозяйской хватке,
В огоньке,
Лихой, со свистом жаркой пляске.
В казацкой дедовской фуражке
На востроглазом пареньке.
И в песне незабытой, той,
Что дал вам Дон в дорогу синий,
Что покорила шар земной,
Как вы Алтай,
Казацкой силой.

Когда ее мой ловит слух,
Тревожно в жилах кровь забьется,
И гордый дух землепроходцев
Во мне вострепенется вдруг!

1974г.

_____________________

СТАРАЯ ШАШКА

В сарае старом
хлам ненужный сложен.
Там рядом с буркой
и папахой-шапкой,
Небрежно кем-то
кинутая в ножны,
Ржавеет
грозная когда-то
шашка…
Ненужная теперь -
не те года,
Лежит она,
покрыта пылью густо.
Лишь дети рубят ею иногда
Подсолнухи
да хрусткую капусту.
В зазубринах клинок булатной стали,
В царапинах глубоких рукоять…
Да разве для того ее ковали,
Огнем,
водой
и ветром закаляли,
Чтоб так вот бесполезно умирать?
Нет!
Знала шашка дальние походы,
Засады,
и бессонные посты,
Тревоги
и атаки,
и погони,
И шлемы, и погоны, и кресты.
…Зияли звезды в небе
словно раны,
И на нее
кровавый свет
сочили,-
Ее всегда перед рассветом рьяно
Точил хозяин молча
на точиле.
Зажатая в его тугой кулак,
В атаке
с визгом,
скрежетом
и хрустом
Рубила,
как подсолнухи,
тела
И головы крошила,
как капусту!
Был лют хозяин и лицом багров,
Когда свои отстаивали права,
Пьянила кровь зарубленных врагов,
Горячая
и злая.
Как первач.
Взбухали на ладонях жилы синие,
И шашка
тяжко
наливалась
силой –
Сплеча
рубила головы невинные
И головы
повинные
рубила!
Но чаще были верными
Удары
И выиграны тысячи боев…
Ей миллионы были благодарны,
И миллионы прокляли ее.
Теперь ни для боев,
ни для парадов
Не те года…
Не ветра в степи…
И все же забывать ее не надо,
Не надо
о подсолнухи тупить.
А вдруг блеснет кровавая зарница
И в бой покличут трубы казака –
Она еще нам крепко пригодится
В надежных
наших
жилистых
руках.
И верю я –
в атаке ли,
в погоне,
Как в это свято верите и вы, -
Невинной головы теперь не тронет
И не снесет повинной головы.

Комментарии

Авторское право © 2015. Все Права Защищены.